sylvatica
========== 10. Я отдал тебе всё... ==========
Всё вернулось на круги своя. Будто и не было этих пары месяцев моего иллюзорного одиночества. Можно было бы даже подумать, что всё это мне приснилось, да только бурлящая жижа ненависти внутри меня доказывала другое. Она кислотой выжигала все чувства, которые были во мне. И не только светлые, она отравляла всё на своём пути, оставляя после себя лишь стерильную пустоту. А в итоге испепелила даже сама себя.



Снова был Крис и был я. И всё, казалось бы, осталось прежним, но лишь внешне. Крис изменился, стал другим. Вот уже почти месяц прошёл с тех пор, как он вернул меня домой, а за это время — ни одного срыва. Он бережно относится ко мне, даёт столько нежности, сколько не давал никогда. Любит, кажется, по-настоящему. Только вот я теперь не могу принять эту любовь, как бы ни хотел.



Крис опоздал. Он сам довёл меня до черты, заставил переступить грань, и я не смог вернуться. Его ладони на моих щеках, его поцелуи, его объятия — всё это больше не приносит мне ни капли радости. Я не слышу даже отголосков своей прежней любви где-то в глубине себя.



— Ты ненавидишь меня, маленький? — он запускает пальцы по вискам в мои волосы, притягивает к себе. Когда-то давно он уже спрашивал то же самое.

И я опять отвечаю:

— Нет.

Не знаю, насколько я вру сам себе.



Мы лежим, с головой накрывшись одеялом, Крис улыбается, его пальцы бродят по моему телу, нежно касаясь кожи. И я реагирую на него так же, как и раньше, но лишь на физиологическом уровне. Моё тело отвечает, его окутывает возбуждением. Но сердце не сбивает ритм, не трепещет.



Вот он — тот Крис, о котором я мечтал все эти годы. Добрый, любящий. Его ладонь гладит мой живот под пижамной кофтой, спускается к резинке штанов. Он целует меня, а я жмурюсь и сжимаю зубы, не давая углубить поцелуй.



— Не надо, пожалуйста. Я... я не могу, — отворачиваюсь от него, переворачиваясь на другой бок.



И так на протяжении всего месяца. Я либо принимаю его ласку, отдаюсь, но не чувствую никакого наслаждения от этого, либо и вовсе прошу не трогать меня. Иногда мне даже хочется ударить Криса, сделать ему как-нибудь больно, отомстить. Но эти желания быстро стихают. Какова ирония — я даже ненавидеть его не могу по-нормальному.



Крис обнимает меня сзади, прижимается грудью к моей спине.

— Айк... — тихо шепчет на ухо. — Прости меня, слышишь? Я знаю, что виноват перед тобой, что причинил тебе столько боли, сколько не любой человек вынесет. Я готов сотни раз просить у тебя прощения...



Я переворачиваюсь обратно и прикладываю палец к его губам.

— Не нужно этого. Я уже давно не злюсь на тебя, — я протягиваю к нему свои руки, беру лицо в ладони. Так же, как он часто брал моё. — Я не могу больше любить тебя. У меня просто не получается, понимаешь?



Он в ответ отрицательно крутит головой.

— Я отдал тебе всё, Крис, — объясняю, грустно улыбнувшись. — У меня мало что было: моё тело, моя любовь. И я отдавал тебе всё это на протяжении стольких лет, да? А ты топтал, рвал, уничтожал меня раз за разом. Понимаешь?



— Я знаю, маленький, — он обнимает меня, притянув к себе, невесомо касается виска губами. — Прости...

— Я простил! Как ты не поймешь? Я не ненавижу тебя, я просто опустошён. Нет во мне ни чувств, ни эмоций. Ты забрал всё. Ничего не осталось.

— Люблю тебя, — шепчет мне куда-то в волосы. И впервые в этих словах я слышу ту искренность, которую всегда хотел услышать. Только теперь уже она мне не нужна.



***



— Айк, а если я тебя отпущу, ты уйдешь?

У меня чуть стакан с водой из рук не выпал от этого вопроса.

— Ты как-то раз меня уже отпустил, а в итоге я опять здесь.

— Сейчас всё по-другому, — Крис подошёл ко мне, взял зачем-то мою руку. — Алекс сказал мне, что я должен дать тебе выбор. Я не послушал его, потому что знал, что ты всё равно не выберешь меня. Я просто не хотел тебя потерять, вёл себя эгоистично. Теперь я понимаю, что мне всё равно тебя не удержать, даже силой.



Я смотрел на него округлившимися глазами.

— Я не узнаю тебя. Что с тобой случилось? Ты кто такой и куда ты дел Криса?



Он засмеялся в ответ.

— Я серьёзно, Айк, — улыбка вмиг сползла с его лица. — Я сейчас делаю то, что должен был сделать уже давно — даю выбор. Ты можешь остаться и дальше заставлять себя «любить меня». Но я не хочу, чтобы ты жертвовал собой. Ты волен уйти, и я обещаю, что никогда больше не появлюсь на твоём пути. Будешь обустраивать свою жизнь сам.



Это было слишком неожиданное заявление. Я так и стоял, выпучив глаза, сжимая пальцами стекло стакана.

— Я не знаю, Крис...

Он пожал плечами:

— Я даю тебе время подумать.

И, развернувшись на пятках, почти вышел из комнаты, но в последний момент притормозил, чтобы вернуться и крепко прильнуть к мои губам. Как будто в последний раз.



***



Я разрывался на две части, не зная, что делать. С одной стороны, мне не хотелось оставлять Криса, потому что память о моей любви всё ещё была жива. А с другой стороны, очень заманчивым было предложение жить наконец-то вольно. В этот раз я верил обещанию Криса о том, что он не будет больше мешать мне.



Но моя любовь всё же, наверное, закончилась на этом. И смысла дальше заставлять себя не было — в этом Крис был прав. Сначала мне думалось, что я смогу со временем воскресить чувства, но потом понял, что не нужно мне этого. Их, наоборот, стоит похоронить в себе, забыть.

А то, что Крис теперь любит... Он причинил мне столько боли, что ему и самому не повредило бы пострадать. В конце концов, у него любовь должна быстро пройти, особенно, когда меня не будет рядом.



Сообщил о своём решении Крису, ожидая, что он разозлится. Ну, или хотя бы посмеётся надо мной и скажет о том, что всего лишь пошутил, предложив мне выбор.

Но вместо этого я увидел лишь его грустную улыбку, получил наставления не бросать университет, ключи всё от той же квартиры и банковскую карту с энной суммой денег.



Особо драматических прощаний тоже не было.

За дверью особняка уже ждало такси, загруженное парой сумок, когда Крис спустился со второго этажа, чтобы попрощаться.

Взъерошил мои волосы, обнял меня и, уложив подбородок мне на плечо, шепнул:

— Ты только не забывай меня, хорошо?

— Да разве же это возможно? — я засмеялся, тоже обняв его.



— Всё. Не надо так долго прощаться. Вали уже, пока я не передумал, — на его лице светилась улыбка, но в глазах плескалась явная тоска.



Я вышел за двери, и в тот момент мне показалось, что я оставляю за спиной всё своё прошлое, шагая навстречу новой, свободной жизни.
========== 11. Трава и асфальт ==========
Повернув ключ в замочной скважине своей квартиры, я переступил порог, бросил на пол сумки и прошёл в спальню. Сел на кровать, прислушался к внутренним ощущениям.

Странно было понимать, что Криса больше нет ни в моей жизни, ни в моей душе. Совсем нет.

Накатило какое-то странное чувство одиночества, но не давящее и тоскливое, а наоборот — светлое. Будто бы в этом одиночестве заключалась моя свобода.

А ещё была пустота, оставшаяся во мне. Тёмная, глубокая. И её нужно было чем-то заполнять.



Первой мыслью было позвонить Алексу. Я даже уже схватился за мобильник, но кнопку вызова так и не нажал. Пришло понимание, что я просто не хочу. Ни Криса, ни Алекса, ни кого-либо ещё. Мне вообще не нужны были сейчас никакие отношения, я не хотел снова отдавать себя кому-то.

Да, я был безмерно благодарен Алексу за всё, что он сделал для меня, за его странную любовь, за его поддержку. За то, что он, сам того не зная, надоумил Криса отпустить меня. И я не хотел снова пользоваться его чувствами ко мне, ведь сейчас я уж точно ничего взамен дать ему не мог.

Конечно, с Алексом мы встретимся в университете на парах, я обязательно скажу ему спасибо, и, если он того захочет, останусь ему другом. Но не более.



Упав на кровать и разглядывая потолок, я решил, что мне нужно дать самому себе время. Наверное, я просто подсознательно выставил защиту, похоронив в себе возможность любить. Может, должно пройти какое-то время, и тогда всё нормализуется? А пока сосредоточусь на учёбе, закончу университет. Можно ещё найти себе какую-нибудь подработку. Да, конечно, Крис дал мне какую-то карту с деньгами, но почему-то желания пользоваться ими у меня совершенно не было. Раз уж начинать новую жизнь, то начинать её полностью самостоятельно.



***



Спустя год



— Нет, даже не думай об этом! — воскликнул Крис в ответ на предложение отца. — Ты и так используешь меня в своих тёмных делишках, как какого-то героя-любовника, тебе этого мало?

— Но, Крис, пойми ты! Этот брак будет очень выгодным ходом. Её отец — нефтяной магнат. Если заключить такой союз, деньги в наш бюджет польются рекой!

— Деньги, деньги! Ты только о них и думаешь!



Мистер Келси-старший, до этого сохранявший спокойствие, резко вскочил со своего кресла и стукнул ладонью по столу.

— Это и твои деньги тоже, если уж на то пошло! — крикнул он. — Я обеспечиваю не только будущее города, но и твоё...

— Хватит! — Крис оборвал его на полуслове. — Тех денег, что у тебя есть, хватило бы уже обеспечить не только моё будущее, но и моих правнуков! Для тебя это как игра: больше, больше, больше! Выгодные вложения, выгодные партии, ходы, выгодные сделки. Ты так погряз уже во всём этом, что забыл: я твой сын, в конце концов, а не очередное вложение! Я не собираюсь ни на ком жениться. И принимать участие в твоих хитростях тоже больше не собираюсь!



Покинув кабинет отца, Крис спустился к бару, схватил первую попавшуюся бутылку какой-то дряни и, упав на диван, приложился к горлышку. Рот обожгло можжевеловой горечью джина.



Ссора с отцом могла привести к печальным последствиям, всё-таки и старший, и младший Келси были схожи своим крутым нравом.

Но сейчас Крису было как-то совершенно плевать. Отец поорёт, побесится, но через время всё равно успокоится.



После этого разговора парня просто трясло от злости, он был готов взорваться.

В такие моменты, когда настроение было ни к чёрту, а нервы сдавали, ему очень сильно хотелось, чтобы Айк оказался рядом. Увидеть бы ту немую любовь в его глазах, услышать бы смех... Да только Крис понимал, что не будет больше ничего подобного.

Он уже пытался найти замену. Девушки, парни — для Криса не составляло особого труда влюбить в себя кого-то. И все они с удовольствием подчинялись, терпели его срывы, даже любили искренне. Но это было совсем не то, они не были Айком. Ведь сколько бы этот светлый мальчишка ни отдавался, сколько бы раз он, казалось бы, безоговорочно ни подчинялся Крису, внутри него всегда был протест, хотя и сам он его не замечал. И его любовь, она была другая. Больная, вымученная, но настоящая.



Крис выругался сквозь зубы и опрокинул в себя ещё пару глотков алкоголя. Нельзя было ему погружаться в воспоминания, связанные с Айком. Это всегда грозило самобичеванием, а плохое настроение только усугублялось.



Айк счастлив без него, Крис знал это. Да, конечно, он пообещал мальчишке, что оставит того в покое, но Крис не был бы собой, если бы не нашёл лазейку в своём обещании. Нет, Айка никто не преследовал. Просто иногда Крис посылал к нему людей, чтобы те проверили и доложили, как он.



Учится хорошо, живёт там же, четыре дня в неделю во вторую смену подрабатывает в маленькой кофейне в центре города. Ни девушки, ни парня нет, зато обзавёлся небольшим кругом друзей.



«Это всё только потому, что у меня очень, очень плохое настроение», — сам себе сказал Крис, поднимаясь с дивана и направляясь к выходу из особняка. Натянул на себя чёрную толстовку с капюшоном, звякнул ключами от машины в кармане, но вспомнил, что пил, поэтому пришлось вызвать такси.



Нет, на самом деле, внезапные порывы и желание увидеть хоть одним глазком возникали лишь в моменты вот такого тоскливого настроения. В остальное время Крис оставался таким, как и всегда: хладнокровным, собранным и серьёзным.

Но сегодня эта ссора с отцом, некоторое количество выпитого да и общее давящее состояние заставили его слегка расклеиться.



Начало октября в этом году выдалось довольно тёплым, поэтому в разнообразных кафешках, коими кишела одна из центральных пешеходных улиц — узкая, мощённая старым булыжником — ещё стояли столики на летних верандах.

Крис расположился на одной из таких веранд итальянского ресторана, находившегося через дорогу от небольшой кофейни. Не снимая капюшона, заказал себе джина с тоником и попросил принести пепельницу.



Народу в кофейне было много, несмотря на будний день. Туда-сюда между столиками сновал официант, разнося чашки с кофе и пирожные, но знакомой белобрысой макушки видно не было.

Крис подумал, что, возможно, изменили расписание работы и смены официантов, и поэтому тот, кого он ждёт, сегодня не работает. Но спустя минуту из дверей в зал, балансируя с подносом в руках, выплыл Айк. Опустил свою ношу на крайний столик, за которым сидели две молоденькие девушки. Снимая с подноса чашки и блюдца, приветливо им улыбнулся, что-то сказал.



И каждый раз, когда Крис приходил сюда, хоть бывало это очень редко, он наблюдал за тем, как счастлив Айк. С одной стороны от созерцания этого у Криса светлело на душе, а с другой — было до ужаса тоскливо. Ведь Айк был счастлив без него, без Криса.



А казалось бы, что вот он, на расстоянии десятка шагов. Подойди и возьми. Но нет, Крис прекрасно понимал, что Айк теперь недосягаем для него. Он и так слишком долго разрушал его жизнь и просто не имел права сделать это снова.



Иногда, конечно, закрадывалась шальная мысль прийти, занять один из столиков в уютной кофейне и дождаться, пока официант подойдет принять заказ. Увидеть реакцию и притвориться, что всё это — неожиданная случайность. Но Крис гнал от себя эту идею. Как бы там ни было, друзьями им всё равно не стать, это даже звучало смешно.



— К черту всё, — тихо сказал Крис, допивая джин и туша окурок в пепельнице. — Мне очень нужно забыть тебя уже, маленький.



***



Если под толстым слоем асфальтового покрытия остались семена травы — они обязательно прорастут. Сначала глубоко пустят корни, а через время устремятся вверх, кроша камень. По асфальту пройдут трещины, и зеленая травинка вылезет наружу. А за ней еще одна. И еще. Потому что трава сильнее любого камня.



Вот и моя любовь оказалась такой травой. Я явно ошибся, когда посчитал, что эта любовь прошла бесследно. Нет, она затаилась под слоем пустоты, пуская в меня корни еще глубже. И прорвалась наружу, когда я уже думал, что все почти нормализовалось.



Всё это время я не страдал и не убивался из-за Криса, просто скучал немного. Ненависть прошла бесследно, осталась лишь светлые грусть и воспоминания. Я прекрасно понимал, что Крис за прошедший год сто раз меня забыл, нашел себе кого-то.

И стоило мне немного очухаться, даже подумать о том, чтобы влюбиться в кого-то, как асфальтовое покрытие, под которое прочно было закатано моё прошлое, пошло трещинами.



Я просто проснулся посреди ночи и понял, что моя любовь вышла из своего анабиоза. Но я даже не удивился. Подсознательно я понимал, что когда-то это должно случиться, ведь было слишком странно, что всё так резко ушло. Но я не собирался теперь впадать в депрессию, апатию и всячески изводить себя. Я не нужен Крису — это было фактом, не требующим доказательств. Моя любовь — это не смертельно. А с не смертельными болезнями люди как-то живут. Вот и я буду жить дальше, и чем себя отвлечь, чтобы не зацикливаться, найду.



Так и шло время. В бесконечных поисках каких-то занятий, которые не оставляли время на то, чтобы о чем-то думать, в бесполезных поисках замены Крису. В редких воспоминаниях и нелепых мечтах о новой встрече.



Рождество меня позвали праздновать с ними университетские друзья. За несколько дней до праздника Алекс, который чуть больше года назад вполне спокойно воспринял мое предложение быть просто друзьями, еще пара знакомых и я отправились в торговый центр выбирать подарки и всякие штуки для вечеринки.



Толпы людей сновали между магазинчиками и возле прилавков, в воздухе витала атмосфера радости, слышался детский смех. Мы, уставшие и весёлые, с кучей пакетов, оттягивающих руки, вывалились из дверей торгового центра со стороны парковки. Кто-то из компании закурил, о чём-то разговаривая, девчонки показывали друг другу покупки, а я задержался взглядом на заснеженных рядах машин. Та самая парковка, на которой Крис первый раз меня «бросил». Мне вспомнился тот летний день и жаркое солнце, слова, которые задели тогда за живое, а сейчас не отозвались даже пропущенным ударом сердца. Зато дыхание перехватило, когда я вспомнил, как Крис прижимал меня к машине, как улыбался, когда я сопротивлялся его поцелуям, ведь нас могли увидеть.

Накатила тоска. Жутко захотелось, чтобы Крис в эту минуту оказался рядом. Чтобы обнял, а я прижался и вдохнул в себя его запах. Чтобы коснулся моих замерзающих губ своими тёплыми.

Мне даже почудилось присутствие Криса, когда за моей спиной снова открылись двери, и из помещения вышел парень, говорящий по телефону его голосом. Он быстро направился к парковке, пискнула сигнализация одной из машин. А меня будто током прошибло. Это же и был Крис!



Я не успел взвесить все «за» и «против», не успел подумать о том, что делаю, о последствиях. Уронив на землю пакеты, я просто рванул вслед за удаляющейся фигурой, пару раз чуть не подскользнувшись, цепляя локтями бока тесно стоящих машин. Догнал, дёрнул за рукав куртки. За ту пару секунд, которые парень оборачивался, в моей голове пронёсся рой мыслей. А что если это не Крис? Ведь какова вероятность оказаться в одном месте в одно время? Я же, скорее всего, обознался...



А потом наши глаза встретились.



— Айк? — удивление в голосе, а два тёмных омута будто смотрят прямо внутрь меня, заставляя сердце стучать в ритме тяжёлого рока.



Я всё так же держу его за рукав куртки, тяжело дышу и думаю, что мой внезапный порыв был ещё глупее, чем если бы я просто заявился на порог его дома. И чего я не подумал в тот момент, когда рванул вслед за Крисом, что ему моё появление не особо-то и нужно?



— Я... я просто... извини, не знаю, что на меня нашло, — выпускаю из ладони ткань его куртки и начинаю пятиться назад, мысленно матеря себя всеми известными словами.



Но в следующий момент Крис делает пару шагов ко мне, я чувствую, как одна его рука перехватывает мою, сжимая почти до боли, а вторая ложится мне на щёку. Крис обнимает меня, а мне кажется, что я брежу, ведь минуту назад я мечтал об этом, а сейчас всё сбывается. Потому что я вдыхаю его запах и чувствую, что и он тяжело дышит, целуя меня в висок. А ещё через пару секунд отстраняет меня от себя и касается поцелуем моих губ. Правда, его губы ничерта не тёплые, а такие же холодные, как и мои, но мне без разницы. Я с готовностью открываю рот, позволяя продолжить поцелуй, запускаю пальцы в волосы Криса, чтобы не дать ему прекратить.

На нас сейчас, наверное, пялится вся моя компания, ведь я очень заметно рванул с места. Но и на это мне тоже плевать. Для меня сейчас существует только Крис.



— Что происходит, Айк? — он отпускает мои губы, но не выпускает из объятий.

— Понятия не имею.

Я улыбаюсь, как придурок, а Крис, не говоря больше ни слова, тащит меня к машине.



***



С трудом открыв двери квартиры, я тут же оказываюсь прижат к стенке, заключённый в тесные объятия. Крис стаскивает с меня и с себя верхнюю одежду, не переставая прерывисто целовать.



— Эй, эй! Остуди пыл! — я пытаюсь отодвинуть его от себя, но он будто с цепи сорвался: глаза горят безумным огнём, такое впечатление, что он ни на секунду не может позволить себе отпустить меня.

— Не могу остановиться. Я слишком сильно и долго этого ждал, — в его голосе тоже нотки безумия. А я привычно таю в руках, меня уносит, но я пытаюсь удержать покидающий меня здравый смысл.



— Крис, Крис! Включи на секунду свой верхний мозг. Эй!

— Ну что такое? — он отстраняется от меня.

— Просто скажи мне, а что будет потом? Это твоя одноразовая прихоть? Мы переспим, и мне придётся забыть, что ты снова появлялся в моей жизни?



Его будто бы отрезвляют мои слова: взгляд становится ясным, он поджимает губы. Пристально смотрит на меня, улыбается.

— Закрой глаза, — просит.

— Зачем?

— Закрой!



Я опускаю веки, ощущаю, как Крис поправляет мой свитер, возвращает в пас почти расстегнутый ремень на джинсах.

— Что ты?.. — пытаюсь спросить, но он прикладывает палец к моему рту. Я глупо хихикаю от этого.

— Открывай.



Ничего не меняется. Всё такой же Крис стоит предо мной с такой же хитрой, безумной улыбкой.

А потом говорит:

— Привет. Меня Крис зовут.

Мои глаза округляются, открываю рот, чтобы что-то сказать, но он говорит первый:

— А тебя Майкл, да?

Вздрагиваю. Нет, меня, конечно, весь прошедший год называли этим именем, но из уст Криса оно звучит совсем дико.

— Майкл, ты будешь со мной встречаться? — он берет моё лицо в ладони.

— Что? У тебя совсем крыша поехала?

— Я серьёзно. Ну там свидания, кино, кафе, подарки. Будешь? Я клянусь, что больше никогда не сделаю ничего против твоей воли. И ходить по всяким «отцовским заданиям» не буду...

Я чувствую, как почему-то начинают гореть мои щёки — краснею.

— Я же тебе не девочка какая-то, — бурчу тихо. — И называй меня Айком. Мне не нравится это «Майкл», когда ты меня так называешь.

— Хорошо. Айк... Давай начнем всё сначала? Ты сможешь забыть всё то, что было, и начать с чистого листа?



А у меня распирает грудную клетку. То ли от счастья, то ли от того, что я забыл, как дышать, и лёгкие горят от нехватки кислорода.



— Смогу.

— И ты хочешь этого?

— Хочу.



Он обнимает меня так сильно, что, кажется, может и раздавить. Но мне всё равно. Я чувствую, как под слоем его одежды и кожи, бешено, невпопад с моим, громко стучит сердце.



— Я люблю тебя, маленький...



Наконец-то эти слова звучат искренне и тогда, когда я хочу им верить, верю и когда эту любовь могу принять.



— А теперь мы всё равно пойдём в спальню!



Крис подхватывает меня на руки, стены вокруг размазываются от того, что он разворачивается на сто восемьдесят и несётся в комнату. А я смеюсь, чувствуя себя абсолютно счастливым.



***



Возможно, я был полнейшим идиотом, согласившись начать всё сначала с Крисом. Возможно, я ещё успею об это пожалеть. Мне был дан шанс жить свободно от своей явно нездоровой любви, но я отверг его. И в данный момент я об этом не жалею.



Я точно знаю, что, если в этот раз Крис предаст моё доверие, я вряд ли смогу оправиться. Вряд ли выживу.

Но без Криса жить я теперь точно не хочу. Даже если с ним мне будет плохо, то без него — хуже.



Вы можете смело назвать меня безумцем, и я не скажу ничего против. Я и есть безумец. И моя любовь безумна.

Я абсолютно принадлежу Крису. Но теперь я знаю, что он так же абсолютно принадлежит мне.


@темы: фикбук, удаленные работы